order cialis 20mg online | order cialis 20mg online 2e736136

Манова Елизавета - Познай Себя



Елизавета МАНОВА
ПОЗНАЙ СЕБЯ
Фантастический рассказ
Пусто было в доме. Пусто и знойно. Борис Николаевич включил телевизор
и плюхнулся в жаркое кресло. Да что же это, господи? Заболею, обязательно
заболею... вот, уже сердце сбоит! Ни Вали, ни Сережки... воды никто не
подаст.
Борис Николаевич и впрямь почувствовал себя больным, и жаль ему стало
себя до слез. Один... и смотреть нечего. Опять удои! Боже, целый вечер
впереди! С ума сойду... если б хоть пивка холодненького!
Тяжелая кружка с пышной шапкой оседающей пены вдруг встала у него
перед глазами, и в горле сразу пересохло, а язык отяжелел. Борис
Николаевич даже заерзал в кресле. Это ж только в пивбаре... одеваться...
Но проклятая кружка так и выплясывала перед глазами, поигрывая
янтарными бликами, потрескивала опадающими пузырьками, и он, горько
вздохнув, вытащил себя из сонной мякоти кресла. Все равно ведь некуда
деться...
И на улице было жарко. Солнце нагло высовывалось из-за крыши, поливая
мир потоками мутного предвечернего зноя. Потный и вялый, он с трудом
волочил себя к заветной вывеске на углу.
Заглянул в дверь - и отшатнулся. Спертый, туго воняющий потом воздух
комом стоял под потолком, а очередь-то, очередь! Хвост из дверей! Ну кто
это выдержит?
Борис Николаевич вздохнул и побрел дальше. Теперь он уже не хотел -
жаждал пива, думать больше ни о чем не мог. А если в парк? Там кафе
открытое... цветы, зелень... наливаешь в стаканчик...
В парке было еще хуже. Цветы, зелень - а к кафе не подступить, на
ступеньках стоят. Уже без всякой надежды он свернул на боковую дорожку,
где, помнится, был такой славный павильончик, и тут ему вдруг повезло.
Павильон почему-то оказался открытым, а народу там было немного. И пиво
есть - вот чудеса!
Отстояв недлинную очередь и благоговейно прижимая к груди две
откупоренные бутылки, Борис Николаевич зорко оглядел помещение, обнаружил
в углу свободное местечко и ринулся туда. За столиком уже сидел человек, и
он Борису Николаевичу не очень понравился. Хмурый он был какой-то,
нахохленный, и смотрел так неприветливо. Борис Николаевич даже оглянулся,
нет ли еще где места. Все занято, пришлось сесть.
Первый стакан Борис Николаевич выпил залпом и чуть не застонал от
наслаждения. Свежее и холодное было пиво, прямо благодать. Он тут же налил
снова, отпил - уже смакуя, и поглядел на соседа.
Странный все-таки тип. Вроде и не старый, а весь какой-то рыхлый,
оплывший. И глаза больные. Мутные такие, в красных прожилках. Уставился и
молчит.
Сидели они и глядели друг на друга, так что Борису Николаевичу стало
неудобно. Заерзал, улыбнулся искательно и сказал первое, что в голову
пришло:
- Жарко сегодня, правда?
Тот кивнул, и Борис Николаевич Несколько ободрился:
- А пиво неплохое!
- Нормальное.
Разговор иссяк, и Борис Николаевич перешел ко второй бутылке. А
все-таки не молчалось ему, поговорить хотелось, пообщаться. Сто лет не
случалось, чтоб вот так, один, куда-то выбрался, что же теперь: допить и
уйти?
- Плохо летом в городе, правда? - опять сказал Борис Николаевич
первое, что в голову пришло. Незнакомец покосился на него как-то хмуро,
дернул плечом.
- Вы ведь тоже в отпуске еще не были?
- И не светит, - сказал тот нехотя. - Не январь, так март.
- Вот-вот! Мне самому в октябре поставили. Три мужика в отделе, а то
все женщины... и дети у всех. Жену с пацаном отправил, а сам бедствую!
- Если редко... даже приятно, наверное.
- Что? Живу, как собака... жара эта. А Вале, думаете, сахар? Путевки
не достали - ди



Назад