2e736136

Марин В - Колесо



В. МАРИН
КОЛЕСО
Юмореска
Еще раз взглянув на бумажку с адресом, я поднялся на пятый этаж
большого серого дома. Длинный скучный коридор изучал меня равнодушно-тупыми
глазницами дверей и настороженными взглядами жильцов. Нужная мне дверь
находилась в самом конце коридора и ничем не отличалась от остальных.
Пожалуй, только номером на медной, давно не чищенной табличке. Я постучал.
- Кто? - голос был хриплый, настороженный.
- Эксперт патентного бюро. По вашему заявлению.
Долго не было слышно ни звука. Потом за дверью что-то звякнуло. "Опять
вечный двигатель", - с тоской подумал я.
- Войдите...
Я вошел. Сначала я ничего не увидел. Комната барахталась в полумраке.
Окна были плотно занавешены. Пол устлан стружками, слесарным инструментом и
обрывками газет.
Он сидел в углу маленького дивана и смотрел на меня ослепительными
стеклами огромных очков.
- Садитесь...
Я сел на табуретку, и она сжалась под моей тяжестью.
- Иван Сергеевич Заболоцкий, - представился он. - Вы не очень устали,
поднимаясь так высоко?
Вместо ответа я скрипнул табуреткой.
- Разумеется, я изобретатель, - продолжал он. - Изобрел массу
небезынтересных вещей. Заметьте, я говорю не ценных, а небезынтересных... У
меня семнадцать патентов. Семнадцать за сорок лет изобретательства... Это
не мало, как вы считаете?
Я снова скрипнул табуреткой. Его очки зло блеснули в ответ.
- Вы думаете, что я изобрел вечный двигатель, - сказал он с
саркастическим смешком. - Вы ошибаетесь! Закон Майера я изучил еще
младенцем... Я изобрел нечто другое. Вы знаете основы цивилизации?
- Знаю, - ответил я. Мне надоело скрипеть табуреткой. Он долго изучал
меня блестками своих очков. Осмотр, по-видимому, не удовлетворил его.
Вздохнув, он сказал:
- То, из-за чего вы пришли сюда, стоит в правом дальнем углу. Во-он
там! Оно накрыто газетами. Я не буду зажигать свет. Вы меня, конечно,
простите - у меня слоистая катаракта глаз...
Я встал и осторожно пробрался в угол комнаты. В полутьме ничего нельзя
было разглядеть, и я долго ворошил кипу старых, выцветших газет. Под ними
угадывалось что-то круглое. Наконец мне удалось добраться до этого
"что-то". У моих ног лежало колесо - самое обыкновенное, деревянное,
сделанное от руки. Я вытащил колесо на середину комнаты и стал внимательно
изучать его. "Самоходное колесо? Складной велосипед? Саморегистратор пути?"
- теснилось у меня в голове.
- Вы не зря изучаете его так внимательно, - услышал я голос
Заболоцкого. - Это действительно гениальное изобретение.
Я разогнулся. Колесо с глухим стуком упало к моим ногам.
- Я сорок лет посвятил изобретательству. У меня семнадцать патентов, -
напомнил мне Заболоцкий. - Всю жизнь я старался изобрести что-то новое,
оригинальное. И вот... - Он помолчал, затем сухо спросил:
- Вы давно работаете в бюро?
- Три года.
- Скажите честно, часто вам встречалось за это время абсолютно новое
изобретение? Изобретение на неизвестном ранее принципе?
Я задумался.
- Вы не так много встречали таких изобретений, - довольно откинулся на
диване Заболоцкий. - За сорок лет я понял одну простую, как дважды два, и
глубокую, как бездонный колодец, мысль: трудно изобрести что-то гениальное
и что не было бы уже запатентовано.
- А это колесо? - спросил я.
- Да, это колесо! Это мое изобретение! Я сделал его собственными
руками. И пригласил вас посмотреть на него. Вы не находите мое изобретение
гениальным?
Я ответил ему тихо и ласково:
- Мне понятна ваша мысль. Это действительно очень любопытно. Но я
до



Назад